Интересно о мюзиклах

Кабаре, или Боб Фосс живет в Одессе

News image

Я, знаете ли, ничего не имею против кабаре. Зайти так, присесть за столик, выпить бокал-другой че...

«И каким ветром занесло вас ночью на сва

News image

Однако, здравствуйте, дорогие мои. Сегодня я расскажу вам о великом «событии», которым ознаменовался конец июня. Июнь – ...

Педагогическая фонема. В Новосибирске ро

News image

Новосибирский Глобус был когда-то просто Молодежным театром, но с тех пор как назвался именем шекспировского де...



Катерина фон Гечмен-Вальдек: «Театр – лучшая игрушка, какая только может быть у женщины!»
Статьи - Интересно

катерина фон гечмен-вальдек: «театр – лучшая игрушка, какая только может быть у женщины!»После премьерного показа мюзикла «Ромео и Джульетта» зал встал и принялся дружно аплодировать. Публика долго не отпускала со сцены молодых артистов. Поклонники мюзиклов «Метро» и «Notre Dame», кажется, воспряли духом: по масштабу и качеству представления н

овое шоу ничуть не уступает двум предыдущим. Все эти грандиозные спектакли созданы при непосредственном участии продюсера Катерины фон Гечмен-Вальдек. Она готова говорить о них часами, восторженно и вдохновенно. Как о любимых детях.

Сегодня кажется, что мюзиклы существовали всегда, настолько логично и естественно они вошли в нашу жизнь. И уже немногие помнят, что первый из них – «Метро» – появился всего пять лет назад.

– Мы начинали сразу после кризиса, в сентябре 1998 года. Приехав в Москву, я занялась подготовкой многомиллионного проекта с полным отсутствием составляющих успеха, как всем тогда казалось, – вспоминает Катерина. – Но мы хотели не только дать слово молодежи в контексте смены эпох и показать, какой позитивной энергетикой они обладают, но и сделать грандиозное шоу мирового уровня.

– Зачем вы ввязывались в столь рискованное предприятие?

– Мы понимали, что начинаем осваивать огромный новый рынок, гигантскую нишу, которая не может сразу стать прибыльной – это была инвестиция в будущее. То, что проект «Метро» окупился, было для нас сюрпризом. При этом мы поняли парадокс российского рынка: если вы пытаетесь создавать чисто коммерческий продукт, то часто упускаете творческую составляющую, а именно она приносит успех, в том числе и коммерческий. Поняв это, легче работать. Поэтому мы вкладываем максимум сил, эмоций и денег в качество наших проектов.

Само слово «мюзикл» было в России совершенно дискредитировано и ассоциировалось скорее с мюзик-холлом. Поэтому мы сразу ушли от этого определения и придумали совершенно непонятное даже нам самим сочетание: «тотальный музыкальный проект». Кроме того, мы твердо решили, что не станем приглашать в спектакль известных артистов. В этом был определенный риск, – в бродвейских мюзиклах все построено на одной-двух звездах.

Для «Метро» же впервые был объявлен открытый кастинг. Мы посмотрели 4000 человек! Единицы прошли профессиональную актерскую школу, 40 человек попали к нам прямо с улицы совсем еще детьми! Средний возраст артистов «Метро» был 15–16 лет. В стране не было школы, выпускающей артистов, способных работать в этом жанре, их надо было учить самим.

Пригласив на роль звезд шоу-бизнеса реальных звезд Дмитрия Певцова, Алексея Серебрякова, Александра Лазарева, Гошу Куценко, а позже Филиппа Киркорова, который сам пришел в проект, заразившись бациллой мюзикла, мы получили доведенную до абсолюта правду жизни, когда настоящие ребята с улицы, мечтающие стать артистами, встретились на сцене с настоящими звездами.

Не устоял перед этим вирусом и Певцов, позднее сыгравший в мюзикле наших коллег. А из ребят, дебютировавших в «Метро», выросло целое поколение сегодняшних звезд – Павел Майков, Светлана Светикова, Антон Макарский, Эвелина Бледанс, Теона Дольникова и Саша Голубев.

– А чем мюзикл отличается от музыкального спектакля? Почему вы считаетесь первопроходцами в этом жанре?

– «Метро» было первым мюзиклом, сделанным по всем мировым законам жанра. Все что делалось в России до этого, включая легендарную «Юнону и Авось», было музыкальными спектаклями. Дело в том, что главное средство воздействия музыкального спектакля на зрителя – актерская игра и драматическое действие, которое усиливается музыкальной составляющей. Никто не требует от Николая Караченцова, чтобы он хорошо пел.

Достаточно того, что он, как большинство актеров драматического театра, поет душой. Мюзикл же строится на музыкальной драматургии, усиленной драматическим действием, и пользуется совсем другими выразительными средствами. Часто он вообще лишен прозаического текста – так было в «Notre Dame».

Главным инструментом воздействия артистов на зрителя является вокал. Для мюзикла необходимы в первую очередь блестящие вокалисты и прекрасная музыка. Мурашки должны появляться не от слов, а от нюансов голоса. Кроме того, драматический спектакль должен быть зрелищным. На сцене могут быть четыре стула, талантливый артист, и этого достаточно. А мюзикл – жанр развлекательный, обязанный быть высокотехнологичным шоу. Впрочем, любой театр независимо от жанра бывает только двух видов – хороший и плохой.

– Но ваши мюзиклы вряд ли можно назвать чисто развлекательными.

– Это моя принципиальная позиция: театр должен не только развлекать. Он должен будоражить, заставлять задуматься, трогать, пробуждать в человеке страсти и чувства. Поэтому мне и моим партнерам гораздо интереснее делать эпические вещи, где частная история поднимается до уровня притчи. Мы предлагаем нашим зрителям за два часа пройти вместе с героями их путь, завершив его катарсисом, что и есть высшая цель театра. Зрители выходят просветленными, несмотря на то что спектакли заканчиваются трагически. Человек уходит с ощущением полноты жизни.

После мюзикла «Метро» мы получали огромное количество писем. Одна из женщин писала, что ее сын-подросток несколько лет убегал из дома, его возвращали с милицией, а после спектакля пришел и до пяти утра разговаривал с ней на кухне, на «Нотр Даме» какая-то старушка подошла ко мне и сказала: «Спасибо вам, деточки, я уж было помирать собралась, а тут посмотрела – и жить хочется». Можно не любить театр, быть равнодушным к современной музыке, не любить мюзиклы, но противостоять нашим спектаклям невозможно. Потому что нам удалось создать такой градус существования на сцене, что от актеров исходит мощнейший энергетический поток.

Многие не видели наши спектакли, но практически нет зрителей, которые видели их один раз. Посмотрев, люди приходят снова и снова. Поэтому у нас нет первого и второго составов – они одинаково хороши, и качество спектакля всегда высокое. Каждый может выбрать свою Джульетту, своего Ромео, своего Бенволио и свою кормилицу. Одной из наших кормилиц 19 лет, и на премьере во время антракта Владимир Винокур организовал зрительское скандирование: «Кормилицу – на «Евровидение!» Это чудесная девочка Наташа Сидорцова, и поет она просто фантастически!

– Теперь вирус мюзикла охватил всю страну.

– Мы не предполагали, что это произойдет так быстро. Меня переполняет гордость, когда я еду по Москве и вижу рекламу мюзиклов наших коллег. То, что спектакли делаются, очень важно, ведь мы должны учиться. Чем больше мы делаем спектаклей, тем быстрее научимся делать их лучше. Но в любом случае жанр мюзикла в стране уже состоялся. Сейчас нет ни одного композитора, который не написал бы, не пишет или не мечтает написать мюзикл. Да что композиторы!.. Вы будете удивлены, даже Илья Олейников из «Городка» написал блестящее музыкальное ревю. Чувствуете уровень распространения эпидемии в стране?

– Возможно, объяснение этому еще и в том, что мюзикл очень современный жанр?

– Да, несомненно, за ним будущее. Мюзикл говорит об очень сложных вещах простым и понятным всем языком. Это своего рода ремикс современной культуры. Поэтому он должен издавать современные позывные, иметь очень современный саунд и понятную сегодняшним зрителям тематику. И даже классическая пьеса, такая как «Ромео и Джульетта», должна быть рассказана современным языком. Нас спрашивали: по какому пути мы пойдем – по пути фильма с Ди Каприо или фильма Дзеффирелли? Ультрасовременное прочтение или классическая постановка? Но мы попытались создать спектакль вне времени.

Феерические костюмы знаменитой художницы Доминик Борг сделаны из кожи. Красной для Капулетти и синей для Монтекки – это ультрасовременный кутюр, стилизованный под средневековье. Артисты говорят сегодняшним языком, но шекспировским размером. Автор текста Наум Олев, написавший песни к таким фильмам, как «Остров сокровищ», «Трест, который лопнул», «Мэри Поппинс», сознательно не стал пользоваться французским либретто и основывался на оригинальном шекспировском тексте. Фактически это «Ромео и Джульетта» в переводе Наума Олева, адаптированном с учетом требований жанра.

И еще, нам было важно, чтобы Москва не стала музыкальным секонд-хэндом и чтобы здесь появлялись самые актуальные сегодня в мире постановки. И «Notre Dame», и «Ромео и Джульетту» в нашей столице увидели сразу после их премьеры в Париже. Кроме того, наша версия «Ромео и Джульетты» была поставленна авторами специально для Москвы. И, как и «Нотр Дам», по их мнению, она гораздо лучше французской. Получился волшебный спектакль о любви.

– Не жалко расставаться с «Нотр Дамом?

– Мы, может быть, возобновим его по настоянию зрителей. Люди часто подходят и говорят: «Что же вы сделали! Мы же ходили к вам, как на работу. Праздник был каждый месяц!» Существуют целые фан-клубы «Notre Dame» и актеров, занятых в нем. Члены фан-клуба Саши Маракулина, звезды «Notre Dame», например, игнорируют «Ромео и Джульетту», возмущенные тем, что здесь у него гораздо меньше роль. Хотя сам спектакль зрителям нравится больше, чем все предыдущие.

Наши спектакли – это спектакли-долгожители. Ни один мюзикл в Москве не шел три года, как «Метро» и «Notre Dame». Каждый из них можно еще играть и играть. Но было важно продемонстрировать зрителям на фоне общих неудач наших коллег, которые могут повлиять на формирующейся рынок, что успех наших проектов неслучаен и в Москве можно делать успешные, современные, русские мюзиклы. Поэтому «Нотр Дам» уступил место «Ромео и Джульетте».

– Катя, а вам лично – и без того успешной и состоявшейся – зачем это нужно?

– Театр – это лучший подарок, который я сделала себе в жизни. Лучшая игрушка, какая только может быть у женщины. Меня часто спрашивают: неужели тебе самой не хочется выйти на сцену? Но ведь я выхожу на сцену каждый день. Это трудно объяснить, но я выхожу вместе с артистами сразу и в роли автора текста, и в роли художника по костюмам, и в роли гримера – у меня есть счастливая возможность влиять на все фазы создания спектакля с его задумки до момента, когда его увидят зрители. Невозможно поменять это на ту маленькую составляющую, которой является работа актера.

Продюсер отвечает за качество, а значит, за все. Он обязан знать, как в результате должен выглядеть спектакль, чтобы стать успешным. Каждый нюанс нашего спектакля, каждая его ошибка и каждая его удача – это моя ошибка и моя удача.

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Мюзикл сегодня

Москва увидит "Скрипача на крыше"

News image

«Скрипач на крыше» - знаменитая бродвейская постановка, которую можно будет вп...

Мюзикл-сказка под названием «Тайна

News image

Сергей Жигунов и Кристина Орбакайте на данный момент в Чехии ...

Energy diet показания

News image

Energydiet – это продукт, который помог изменить к лучшему жизнь ...

Новый проект Ллойд Уэббера

News image

Широко известный всему миру британский композитор Эндрю Ллойд Уэббер, очень ра...