Интересно о мюзиклах

Золотой тюльпан Фанфана

News image

Театр «У Никитских ворот» известен своей борьбой за синтетичность театрального искусства. Никто уже давно не ...

Звукорежиссер печального образа Или Тщет

News image

Добрый день, дорогие мои! Вот и дошли мои руки (вернее, ноги) до того, чтобы посетить московскую по...

Кабаре, или Боб Фосс живет в Одессе

News image

Я, знаете ли, ничего не имею против кабаре. Зайти так, присесть за столик, выпить бокал-другой че...

http://www.oper-poligrafia.narod.ru/ переплет дипломов самара.


Звезда по имени Лика
Статьи - Биографии

звезда по имени ликаАктриса Лика Рулла покорила Москву только с третьей попытки. Сначала ее не приняли в московский театральный вуз, потом – в московский театр. В столице она дебютировала всего два месяца назад. И молниеносно стала известной. Еще бы: главная роль в «Чикаго» – одном из самых обсуждаемых проектов!

Лика Рулла – наверняка сценический псевдоним?

– Нет. Имя и фамилия. В детстве я отчаянно завидовала девочкам с простыми фамилиями, зато сейчас оценила свою. Она вызывает интерес.

Ваша актерская судьба складывалась удачно?

– Более или менее. В Смоленске я была востребована, играла главные роли. В спектакле «Мы играем кабаре» пела песни Марлен Дитрих. Играла Кармен, Купаву в «Снегурочке» Островского. С удовольствием пела и танцевала, сейчас ведь принято, чтобы драматические актеры были «синтетическими». Но все это, разумеется, далеко от тех требований, которые предъявляются в мюзикле. Словом, все у меня было очень даже неплохо, много друзей, а помимо театра я работала на смоленском радио – диджеем местного вещания «Европы плюс».

В общем, видимых причин все бросить и уехать не было.

– Иногда бывает просто скучно и грустно. Не хочется возвращаться домой после отпуска, потому что дальнейшая жизнь расписана и заранее все известно чуть ли не по неделям. А я очень люблю сюрпризы. Год назад, вернувшись из очередного отпуска, я поняла, что категорически хочу все в своей жизни поменять! Я собрала вещи и уехала в Москву.

Как вы узнали о «Чикаго»?

– Кто-то мне сказал, что по радио передают объявление о наборе актеров, умеющих петь и танцевать. Я долго пыталась услышать эту рекламу, всюду ходила в наушниках, но объявление, как назло, не попадалось. Пришлось звонить подруге, она все разузнала.

Нервничали, когда шли на кастинг?

– Иллюзий не было. Киркоров, Пугачева – совершенно другая жизнь, наверняка, все уже решено... При чем здесь я? Уговаривала себя, что если ничего не выйдет, жизнь на этом не кончится. На второй тур приехали американцы, и их балетмейстер мне очень помог – как-то сразу выделил из толпы. Это ощущаешь моментально. Он меня поддерживал – взглядом, жестом. Думаю, его слово стало решающим в моей судьбе.

Что вы почувствовали, когда узнали о зачислении в труппу?

– Мне казалось, что все это происходит не со мной. До самого начала репетиций я никому ничего не говорила, даже маме. Для знакомых мое участие в «Чикаго» было полной неожиданностью и даже некоторым шоком. Я и сама не верила до последнего, очень боялась все потерять! Когда начались репетиции, чуть осмотрелась, и, увидев ребят, пришла в смятение. Я была самой крупной – высокой, плотной – «женщина-гора»! Мое попадание в «Чикаго» – почти что чудо.

Самое яркое воспоминание, связанное с «Чикаго»?

– Я помню, кажется, каждую минуту, начиная с кастинга. Между зачислением в труппу и началом репетиций была пауза в полтора месяца. Для меня это ожидание было мучительным: а вдруг что-то произойдет?.. Сложно было поверить, что я – провинциальная актриса из Смоленска – получила главную роль в таком проекте. Я была в постоянном напряжении. Потом начались репетиции. Некоторые сцены мне казались просто невыполнимыми, как, например, номер «Велма на суде». Я должна крутить в руках стул весом килограммов в пятнадцать.

У вас замечательно получается.

– После такого количества тренировок – да. Но, репетируя, я каждый день ударялась локтем об одно и то же место, была вся покрыта синяками. Я этот стул так ненавидела! Я с ним ожесточенно боролась, а американцы подбадривали и улыбались: «Не волнуйся, все хорошо!» А Гарри, американский балетмейстер, вел себя как отец большой семьи, будто все мы его дети. Разозлившись однажды, я на него зыркнула, думая про себя: «Сказал бы правду: ты – корова и должна больше работать!» Он поймал мой взгляд и говорит: «Не надо на меня так смотреть!» Эту же фразу в аналогичных ситуациях произносит мой папа.

А когда же пришло ощущение праздника?

– А оно не покидало меня все это время и осталось по сию минуту. Я счастливый человек, мюзиклы – это то, о чем я мечтала всю жизнь. Я не нравилась себе как драматическая актриса, чувствовала некий дискомфорт. А здесь непрерывно получаю удовольствие: пою, танцую, на сцене забываю обо всем. Музыка и движение – язык, понятный всем. В театре мне этого недоставало. Мы играем ежедневно уже полтора месяца, до этого были еще репетиции и предпремьерные показы. И мне ничуть не скучно. Даже если прихожу в театр в плохом настроении, спектакль наполняет меня радостью и энергией.

Но в чем-то актрисой мюзикла быть легче: можно «недодать драматизма», спрятавшись за пением и танцами…

– Это иллюзия. Видимо, из-за того, что жанр называют «легким». Некоторые драматические актеры относятся к нам с пренебрежением: они считают драматический театр высоким искусством, а мюзикл – развлечением. Но мы должны песней и танцем создать образ, а характер раскрыть даже ярче, чем просто произнося написанные драматургом реплики.

Я провела какое-то время за кулисами, и мне показалось, что отношения в труппе «Чикаго» довольно нежные.

– Да, мне очень нравится коллектив. В предыдущей жизни у меня был внутренний конфликт с театром – не с искусством, а с самим механизмом, потому что интриги и склоки – неизбежный атрибут закулисья. Я не понимаю, что делить людям, которые находятся на одном уровне – и по деньгам, и по успеху. Или по отсутствию того и другого. Зачем друг друга пожирать? Я не приемлю злости и зависти, царящей в театре, и меня напрягают режиссеры, которые относятся к актеру как к бесправному существу.

В «Чикаго» этого нет?

– Нет. Мы объединены одной страстью и делаем одно дело. Все пришли в спектакль одновременно, здесь нет старожилов и новичков. Актеры молодые, все до 30 лет, но уже самостоятельные люди, каждый со своей историей. У нас изначально было очень бережное отношение друг к другу.

Голливудские актеры часто говорят, что для работы над фильмом им пришлось сбрасывать энное количество килограммов. Вам ставили подобные условия?

– Нет, Филипп сказал мне: «Вам худеть не надо. Но это очень сложная роль, поэтому придется много работать, чтобы физически вы справлялись с ней легко». Мы так изнурительно репетировали, что только сейчас потихоньку набираем вес.

Не волновались поначалу при появлении Киркорова, Пугачевой?

– Нет. Работая на радио, я получила опыт общения со звездами: брала интервью в прямом эфире у Шевчука, Лагутенко, Чичериной, Шахрина. Приближение известных людей уже не вводит меня в ступор. Помню, когда я училась в институте в Свердловске, в город приезжала на гастроли Алла Борисовна. Я в воображении рисовала картинку, как я прохожу через кордоны охраны, толпы фанаток и говорю ей: «Алла Борисовна, я так хочу петь! И я знаю, что я это смогу!..»

А что вы ей сказали, когда она пришла на репетицию?

– Знаете, когда чего-то очень ждешь и очень хочешь, все происходит как-то буднично. Без салюта, серпантина и шампанского. Ты только потом понимаешь, как невероятно был счастлив! Я временами пытаюсь себя притормозить, заставляю себя задуматься: «Как же все-таки хорошо! Жизнь удалась!» Сейчас это можно делать буквально каждую минуту.

Звездой вы себя уже ощутили?

– Нет. Езжу в троллейбусе и на меня не обращают внимания. Все относительно. В Смоленском драмтеатре бывали моменты, когда в тысячном зале сидели двадцать зрителей. Потом пришел новый режиссер, и ситуация изменилась. Но я все равно чувствовала себя более востребованной как диджей, чем как актриса. После недавних трагических событий и вынужденной двухдневной паузы Филипп собрал нас перед спектаклем и сказал: «Ребята, зрителей не так много, как хотелось бы, люди боятся идти в театр. Это не особенно приятно, но понятно. Соберитесь, пожалуйста, и работайте, будто зал полон». Когда открылся занавес, у меня мелькнула мысль: «Филипп Бедросович, вы, видимо, не представляете, что такое полупустые залы…»

Вам нравится ваша героиня?

– Я обожаю свою Велму. Она такая безумная тетка и так много дает мне в жизни! В ней есть комизм, трагизм, легкость в отношении к жизни. Каждый номер нужно отыграть, а характеры выписаны в «Чикаго» просто замечательно.

Как вы оказались в одной гримерке с Лолитой Милявской?

– Это была не моя идея. Но я Лоле очень благодарна, она тепло и искренне ко мне относится. Я понимаю, что гримерка у нас маленькая, и стараюсь ей не мешать, когда она дает интервью или общается с кем-то по делам. Знаете, Лолита настолько сердечный и доброжелательный человек, с ее появлением ни у кого не возникло ощущения, что пришла избалованная вниманием звезда.

Лика, понятно, что «Чикаго» в какой-то момент закроется. Вам страшно об этом думать?

– Конечно. Я понимаю, что придется двигаться дальше. Куда – не знаю. Хочется работать много и интересно. Но все происходит так, как должно происходить. Надеюсь на своего ангела-хранителя.

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Мюзикл сегодня

Группа Franz Ferdinand решила напис

News image

Алекс Капранос - вокалист из известной шотландской группы Franz Fer...

Москва увидит "Скрипача на крыше"

News image

«Скрипач на крыше» - знаменитая бродвейская постановка, которую можно будет вп...

Анита Цой во французском мюзикле!

News image

Главная роль во французском мюзикле по мотивам популярной книги Жюль ...

Наконец-то в Алтае показали мюзикл

News image

В Алтайском театре драмы «Василия Шукшина» поставили мюзикл под названием «К...